они остановились прямо у воды. было тепло, несмотря на вечер. чимин взобрался на крышу «форда»: солнце уходило прямо в центр эльбы, окрашивая ее в розово-красные цвета. вокруг было тихо: только шум подводного течения по камням на мелководье, звук костра и парочка туристов по соседству. на секунду чимину показалось, что они с чонгуком как будто были внутри пузыря, сбежали от всего мира и никогда больше не собираются возвращаться к реальности.
— хорошо, что тут практически никого, — чонгук забрался за чимином следом и его лицо, находящееся в нескольких дюймах от собственного носа, позволило чимину рассмотреть все спрятанные тенью морщинки и родинку под губой, и всего чонгука целиком. — кажется, в таком положении я сейчас блевану на тебя латте.
трава зашуршала вместе с прокатившемся по ней громким звенящим смехом. это было глубокое звучание всей той любви, которую чимин испытывал по отношению к чонгуку, и чонгуку стало то ли слишком приятно, то ли муторно и душно. он перекатился на спину. их плечи вминались друг в друга, и стоячая духота делала это прикосновение слишком жарким. кожа шуршала по коже. они оба были в майках, пахли потом, вонючими готовыми сэндвичами с острой курицей из «лидла» и плесневелым сексом. чонгук подложил одну руку себе под голову, вторую по-хозяйски просунул под майку чимина. нашел пальцами кромку волос, уходящих вниз. ребристый живот. у чимина защипали мурашки. он вдруг вспомнил сцену, когда марла говорит тайлеру: «ты худшее, что случалось со мной в жизни», и двери поезда в метро закрываются прямо перед ее носом. нервно хохотнул и снова посмотрел на чонгука. наверное, он тоже когда-нибудь скажет чимину, что он — худшее, что случалось с ним в жизни, и чимин почувствует себя тайлером дерденом, зальет себе руку кислотой и разобьется на машине.
— мы с тобой много говорим, но еще больше недоговариваем, — сказал чимин, — и будет очень неприятно. может, это даже убьет мою волю.
чонгук поморщился, наклонился и чмокнул чимина в уголок губ. сухое касание не понравилось чимину и он притянул чонгука за шею, просунул язык в его готово открытый рот. стало влажно, горячо и кусаче, и это в мире чимина ощущалось гораздо правильнее.
— может быть, ты прав, — чонгук кивнул, случайно задев ему лоб. — но я не знаю, какую правду ты от меня хочешь, я забыл или не знал ее никогда. и мы бы не хотели ее знать.
— думаешь?
— да. это действительно так.
чимин засмеялся ему в плечо. кости трясло вместе с бархатистым звуком хрипа и смеха. с правдой не вышло — чонгук не ожидал, что сможет, и он не ожидал, что она — ложь — зайдет так далеко. он уже не помнил, почему, но он знал, но не помнил и букв тоже. как это называлось? как назывался чимин в его жизни? как чимин называл его?
— сколько муравьев заскреблось у тебя под кожей после этих слов? — чимин лукаво сощурил глаза. когда он так делал, все его лицо становилось ассиметричным.
чонгук не знал.
чонгук (не) знал.
— много.
OFFTOP! как говорится, я тебя душил, а ты брыкался, но ты пройди метр в моих тапочках ок? что по вводным: студенты-проф спортсмены + играли в одной команде (спорт выберем вместе), потом чг перешел к соперникам + разъезды в разные страны (хочу повайбить в европе) + все сложно и никто не счастлив + будем сильно страдать и искриться, грызться до драк, ломать драму - спортивную, просранной дружбы, недоотношений и перелюбви + остальные кости брошу в лс, приходи, обменяемся постами, мемами и хэдами, тики токами по чигу и важными мнениями по аюшу
